Сходили сегодня в музей геноцида в Пномпене. Это бывшая тюрьма, открываяся вместо школы в том же здании с началом режима красных кхмеров. И вот сегодня я хожу по этому зданию, где сейчас на меня смотрят с фотографий сотни молодых людей моего возраста, и думаю, что меньше 50 лет назад в этих самых камерах слэш школьных кабинетах, при этом же солнце и в такой же жаре все эти красивые молодые ребята медленно умирали. Через эту тюрьму за три года прошло больше 18 000 человек, которых после пыток просто вывозили в поля, убивали и там же закапывали. Выжило только 12. Меньше чем за 4 года в Камбодже от населения в 7 миллионов человек осталось около половины.
На терапии я много обсуждаю, как для меня важно иметь какой-то идеальный образ и стараться ему соответствовать. Сегодня я видела истории людей, которые не соответствовали чьему-то идеальному образу. Наверное, в этом и есть мой главный тейк сегодняшнего дня — яркое ощущение того, насколько же идеи, идеалы и слепое следование им suck. Они могут разрушать изнутри и они же могут уничтожать людей буквально. Возвышая одних людей и принижая других, последователи Идеи забывают или даже не хотят думать о том, что люди — это просто люди. Люди — это не более, чем любой другой биологический вид на земле, и они не имеют больше прав, чем любой другой вид и, тем более, представители своего же вида. Они не имеют права во имя Идеи, какой бы верной она им не казалась, насильно перевоспитывать других людей и лишать их жизни. Они не избранные, они не выше, не лучше.
Но любые люди же и не меньше, чем Homo Sapiens, а значит, имеют не меньше прав. Имеют право иметь разные убеждения, ходить в разной одежде, быть несогласными и неправыми, быть просто живыми, в конце концов. Они не должны становиться лучше во имя какой-то Идеи других людей и, тем более, не должны умирать за нее. Эта мысль, что люди не могут и не должны пытаться быть идеальными и что бывает, когда кто-то считает себя таковым и считает другого настолько далеким от своего идеала, чтобы лишить его жизни, таким странным образом пересекается с моими рассуждениями на терапии, что я надеюсь, она останется со мной даже когда все яркие впечатления ослабеют.